Дальше предела

даьше предела
Человек спит. И в глазах у него темно.
Он выходит в окно, за которым опять окно,
Попадает в туманный обманчивый лабиринт,
Что же там — за углом, поворотом — что там внутри?
Он бежит по кругу под сбивчивый, рваный ритм
Вдохов-выдохов — не смотреть назад, не смотреть —
Но и с форой его всегда догоняет смерть.

Человек спит. В голове у него темно.
Он давно погрузился на труднодоступное дно,
И течение заблудилось в его висках,
И уста его в иловых насыпях и песках,
И никто никогда не будет его искать.
Как сундук, в наростах кораллов его кровать,
Обвила всё тело морская неволь-трава.

Человек спит. Даже если открыл глаза,
В них сплошная пустая прибрежная полоса.
Наяву так быстро размоет его следы,
А во сне он может плыть до конца воды,
Пробираясь, словно мурена, среди камней,
Вырываясь с пеной в последней своей волне,
И откатываясь обратно — ещё сильней.

Человек разбирает себя на планктон и йод,
На мистраль и бору, на рыбно-дельфиний флот,
На пиратское знамя из черепа и костей,
Он становится вёртким флюгером на шесте,
Развевает свой пепел на две и тридцать частей.
И он вряд ли сможет обратно быть целиком,
Но идёт по воде, аки посуху, босиком.

Он бежит до другого берега — шлёп да шлёп,
Исступлённо машет, хохочет, кричит взахлёб,
И поёт во все парусно-чаячные голоса.
Человеку навстречу спокойно шагает он сам,
Отдаёт гарпун и морских склизких змей клубок.
Засыпал человек. Просыпается новый бог.

19.12.2017

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *